Parakstīties jaunumiem pa e-pastu!
Piekrītu tam, ka mani personīgie dati tiks ievākti, apstrādāti un glābāti www.gestalt.lv mājaslapas sistēmā.

''Ja es pieņemu nāvi savā dzīvē, atzīstu to un sastopos ar to, es atbrīvošos no nāves bailēm un no dzīves nožēlas – un tikai tad es būšu brīvs kļūt par sevi.'' Heidegers



Избранные аспекты работы с горем в гештальт-методе

Кондратенко Сергей

Кондратенко С. Избранные аспекты работы с горем в гештальт-методе // Российский гештальт. Вып. 5 / Под ред. Н.Б.Долгополова, Р.П.Ефимкиной. – Новосибирск: Научно-учебный центр НГУ, 2003.

Как известно, гештальт-подход является феноменологическим методом [2]. Это значит, что в первую очередь гештальт-терапевт обращает внимание именно на те феномены, что встречаются в поле его взаимодействия с клиентом. Гештальт-терапевт также обращает внимание и на смысловые поля каждого конкретного клиента (так как известно, что смысловые поля людей часто весьма различны), то есть выясняет значения отдельных фактов и событий в его жизни. Таким образом, смысл самого понятия “горе”, а также те жизненные события, которые приводят к его переживанию, у каждого человека могут значительно варьировать. В этом контексте переживаться как горе могут не только события, связанные со смертью близких людей, но и такие, как расставание, смерть любимого животного и т. д. И именно в понимании субъективной значимости горя для каждого конкретного человека мы и будем вести речь в данной статье, а именно о таких феноменах, как выражаемые либо подавляемые эмоциональные реакции (как правило, отрицательного заряда) организма, возникающие в связи с фрустрацией потребностной сферы.

Ситуация потери характеризуется тем, что объект среды, в которой функционирует организм испытывающего горе, исчезает. В связи с этим возникает сильная фрустрация, так как целый ряд потребностей, удовлетворение которых связывалось с ушедшим, не находит своего выхода. Сопоставляя вышесказанное с идеей незавершенных действий, обсуждаемой в гештальт-методе [8], можно выделить как так называемые «потребностно незавершенные ситуации», которые содержат неудовлетворенные потребности, возникающие в результате прерывания цикла формирования и завершения гештальта (речь идет именно о тех прерываниях, которые происхо­дят под влиянием внешних событий), так и эмоционально неза­вершенные ситуации (действия). Последние состоят из чувств, эмоций, переживаний, которые не были выражены и разрешены. С одной стороны, это те чувства, что не были разрешены до момента исчезновения объекта потребности, так как гештальт-метод полагает, что организм остается с незавершенными ситуациями, если он не может выразить страх, боль, гнев, разочарование, любовь, возмущение, печаль, обиду и т. д., которые возникли в прошлом и в отношениях со значимыми людьми. С другой стороны, это те чувства, которые возникли непосредственно как реакция на утрату: боль, печаль, тоска, вина, возмущение, жажда мести, ярость, беспомощность, обида, страх, ужас, безнадежность, бессилие и т. п. [7].

Далее имеет смысл говорить о четырехфазной структуре переживания горя, которую предложил Н. Долгополов на одной из сессий по программе обучения гештальт-терапевтов 2 ступени [5].

1 стадия – стадия шока, или предконтакт. На этой стадии объект, с которым было связано удовлетворение целого ряда потребностей, исчезает. Организм противится осознанию потери, работая на неосознавание горя. У людей возникают затруднения в связи с неспособностью построить гештальт с ясными контурами, в результате чего фигура потери не может четко дифференцироваться из фона. Работает конфлюэнтный механизм регуляции границ. И здесь необходимо отметить, что наряду с тенденцией к проживанию, завершению у человека также действует тенденция к избеганию [19], которая удерживает от проживания горя. Этот фактор подавляет эмоциональное выражение, удерживает организм от полного присутствия в настоящем моменте жизни. Дело в том, что эмоции, связанные с ситуацией горя, могут быть настолько сильны и болезненны, что организм бережет себя, работая на неосознавание, саморегулируясь. Когда боль утраты непереносима, возникает ис­кушение отвергнуть ее, убежать. В стадии шока человек может вести себя неадекватно, например, смеяться или заниматься своими обычными делами, делая вид, что ничего не произошло. Отсутствие ресурсов, то есть поддержки и самоподдержки, мешает осознаванию, заставляя пребывать в конфлюэнции. К концу 1 стадии фигура потери более-менее четко дифференцируется из фона. Сложный вопрос, нужно ли побуждать к осознаванию на этой стадии. По крайней мере, по нашему мнению, необходимо быть очень чувствительным на границе контакта с таким человеком. Возможно, потребуется наращивание ресурсов для дальнейшей работы, просто нормализация цикла «сон-бодрствование». Увеличить ресурс для дальнейшей работы могут также  и фармакологические препараты. Необходима эмоциональная поддержка, возможно применение рисуночных, медитативных техник, техник работы с телом. Интересным способом повышения самоподдержки является, на наш взгляд, бесконфликтная составляющая метода символдрамы, когда клиент работает в образном пространстве над символами, имеющими связь с удовлетворением архаических потребностей, а также работа с мотивом “змея” [6, 10, 11]. Важно отметить, что при осознавании истинного смысла происшедшего у ряда клиентов может наступать облегчение.

2 фаза – фаза собственно горевания (говоря языком гештальта, контактирование). Эта стадия включает эмоции различного рода, о них уже упоминалось выше, которые остались невостребованными при исчезновении объекта, а также те эмоции, которые вызвал сам этот факт. В этой связи представляется важным привести мнение И. Ялома, который считает, что в случае смерти речь идет не только о потере, но и об осознавании конечности собственного бытия. Утрата несет, по мнению Ялома, следующее послание: «Если твоя мать (отец, ребенок, супруг и т. д.) умерла, значит, умрешь и ты» [13]. То есть значение потери может способ­ствовать встрече человека с его собственной будущей смертью. Та­ким образом, помимо чувств боли, печали, вины, злости и т. д., возможно присоединение осознаваемых или нет чувств тревоги и страха смерти. Конечно, вышесказанное подлежит проверке у каждо­го конкретного клиента, так как гештальт-метод опирается на феноменологию переживаний, а версии и гипотезы проверяются экспериментально.

Возвращаясь к описанию 2 стадии, важно заметить, что здесь эмоции начинают требовать своего проявления. Можно также сказать, что это стадия “накопления” чувств. Здесь очень желательно для клиента иметь рядом с собой кого-нибудь, при участии кого возможно выражение этих переживаний. Так, по мысли Г. Платонова, бесполезно переживать горе в одиночку. Часто таким человеком и является терапевт. Переживающий горе зачастую ищет именно тех людей, с которыми он мог бы выговориться. Однако найти их иной раз бывает достаточно проблематично, и одной из причин здесь может являться собственное избегание у потенциального объекта такой потребности. Если эмоции выразить некому, идет застревание на 2 фазе.

На 3 стадии (стадия полного, или финального, контакта) происходит собственно эмоциональное отреагирование, проживание траура, это стадия встречи с объектом потребности в выражении чувств переживающего горе. Технически со стороны гештальт-терапевта это может  предлагаться как «говори прямо ему» через технику «пустого стула» (либо через написание писем),  либо как «говори мне о нем», или «говори мне, что у тебя к нему». Возможно также использовать и диалоги с ушедшим, при этом, как нам представляется, существует возможность брать ресурс из роли ушедшего [5]. На 3 фазе происходит кристаллизация преобладающих эмоций к умершему, после чего они выражаются в каких-либо действиях, например, при злости могут выбрасываться вещи этого человека, или оттягивается время установки памятника на могиле, при прощении – появление “очищенного” образа ушедшего и т. д. Все это может происходить на неосознаваемом уровне. Проявляются также и незавершенные действия с ушедшим. Особо хочется сказать о системе ритуалов. По мысли Д. Зинкера [4], в любой культуре существуют ритуалы, поддерживающие потребности людей в скорби и сохранении памяти об ушедшем. Более того, такие вещи люди зачастую сами придумывают себе. Они помогают избежать блуждания в темноте утраты и облегчают возвращение к нормальной жизни. Так, религиозные ритуалы дают возможность (мы не рассматриваем здесь религиозного смысла подобных действий) чтить память, являясь сильнодействующим средством. Таким способом и окружающие также имеют   возможность   поддержать   людей   в   их   скор6и, помогая, например, устраивать поминки. В психотерапии также могут быть придуманы ритуалы, приемлемые для клиентов. По мысли Зинкера, не может существовать «правильного» или «неправильного» траура по ушедшим. Обобщенные аспекты траура – принятие, ярость, печаль – не более чем теория на фойе реальных переживаний. Семейный ритуал дает возможность каждому выразить свои личные чувства к ушедшему. Такие ритуалы могут позволять говорить членам семьи в один голос, даже если они испытывают разные чувства [4]. Таким образом, становится понятным, что гештальт-терапия показывает пути «завершения» чувств в работе с горем. Ф. Перлз описал такие феномены, ведущие к завершению, как «прощание», «прощение», «благодарность» [8]. И принципиально в гештальт-методе то, что клиент учится осознавать неразрешенные эмоции и не подавлять их, а разрешать им уходить через проявление энергии чувств в среду, балансируя на границе контакта, в рамках работы функций “Self”. По выражению Г. Платонова, «не прожив траур, не откроешь сердце для любви».

download pdf
Uz augšu